— А-а, прошу, — указывает Пал Палыч на стул.

Курков садится, снимает фуражку.

— Чему намерены у меня учиться?

— До Академии МВД три года был следователем в области.

— В смысле сами с усами, — хмыкает Пал Палыч. — И как вам меня охарактеризовали?

— Направили. Говорят, вы умеете располагать к себе людей. Говорят, владеете тактикой допроса. И вообще.

— Мало ли что говорят. Старший лейтенант, не принимайте на веру чужих высказываний, — Пал Палычу смешна его ершистая поза.

— А вас я сумею расположить?

— Целиком зависит от мастерства.

Не чувствует Курков пиетета к старым кадрам и скрывает иронию лишь в пределах вежливости.

— Гриша, — говорит Знаменский в переговорное устройство, — кто там у тебя на очереди? — Некоторое время слушает. — А поинтересней нет? Мне надо показательный допрос провести, — он косится на лейтенанта. — Ну, давай Ивакина.

Кладет трубку и поясняет Куркову:

— Следственно-оперативная группа, которую мне поручено возглавлять, собрала разные дела по наркотикам. Сталкивались с наркоманами?

— Лично — нет.

— Схема такая: покупатели, розничные торговцы, оптовики, — Пал Палыч отмеряет в воздухе ладонью как бы ступеньки, — а те получают товар по своим каналам. Ивакин — рядовой потребитель. Полмесяца назад мы арестовали его «кормильца» — человека, который снабжал. Надо выяснить, от кого он получает зелье теперь. Тактика допроса будет такая: ни о чем не спрашивать.

— То есть? — поднимает брови стажер.

Входит Ивакин, небрежно бросает:

— Наше вам.

Без приглашения усаживается. На вид ему не больше двадцати, развязный, возбужденный, глаза колючие, делает массу ненужных непроизвольных движений.

— На вопросы не отвечаю! — заявляет он.

— Естественно, — и Пал Палыч притворяется, что испуган чем-то увиденным за его спиной.